“Введение в психологию”, Зигмунд Фрейд

Воин кричит: “Полководец лишился головы!”, и сразу все ассирийцы обращаются в бегство. Потеря, в каком-то смысле, полководца, психоз по случаю потери порождают панику, причем опасность остается та же; если порывается связь с вождем, то, как правило, порываются и взаимные связи между массовыми индивидами.

***

Согласно знаменитому сравнению Шопенгауэра о мерзнущих дикобразах, ни один человек не переносит слишком интимного приближения другого человека. Согласно свидетельству психоанализа, почти каждая продолжительная интимная эмоциональная связь между двумя людьми – как то – брачные отношения, дружба, отношения между родителями и детьми, содержит осадок отвергающих враждебных чувств, которые не доходят до сознания лишь вследствие вытеснения.

Это более неприкрыто в случаях, где компаньон не в ладах с другими компаньонами, где каждый подчиненный ворчит на своего начальника. То же самое происходит, когда люди объединяются в большие единицы. Каждый раз, когда две семьи роднятся через брак, каждая из них, за счет другой, считает себя лучшей или более аристократической. Каждый из двух соседних городов становится недоброжелательным соперником другого, каждый кантончик смотрит с пренебрежением, свысока на другой. Родственные, близкие между собой народные ветви отталкиваются друг от друга – южный немец не выносит северянина, англичанин клевещет на шотландца, испанец презирает португальца.

То, что при больших различиях возникает трудно преодолимая антипатия – галла к германцу, арийца к семиту, белого к цветному, – нас перестало удивлять.

***

Отдельный индивид чувствует себя незавершенным, если он один. Уже страх маленького ребенка есть проявление стадного инстинкта. Противоречие стаду равносильно отделению от него, и поэтому противоречия боязливо избегают. Но стадо отвергает все новое, непривычное. Стадный инстинкт – по Троттеру – нечто первичное, неразложимое.