aberaţii hiper intelectuale

“С девушками все ведут себя как гориллы. Иначе девушки были бы очень разочарованы. Чем больше в твоем поведении сходства с гориллой, тем больше девушки удовлетворены. Просто наблюдай: твое грубое поведение доставляет такую радость, что ни одна твоя знакомая не захочет упустить такой шанс. Если же ты будешь вести себя с ней как настоящий джентльмен, она будет сильно разочарована.”

***

“Все религии учат альтруизму: человек должен с готовностью жертвовать собой ради какой-то идиотской идеи или флага, какого-то куска гнилой материи. Он жертвует собой ради нации, которая представляет собой не что иное, как фантазию, ибо Земля нигде не делится на нации. Хитрые политики поделили Землю на карте. Человек жертвует собой ради надписей на карте! Он умирает за религию – христианство, буддизм, мусульманство. Все так тонко обставлено, что человек просто теряется. Если он погибнет за нацию, то его назовут мучеником. На самом же деле, он просто совершает самоубийство, да и то по глупости. Если он гибнет за религию, то попадает в рай, в вечное блаженство. Все манипулируют им. В таком подходе красной нитью проходит идея нелюбви и ненависти к самому себе, признания своей ничтожности.”

***

“Есть религиозная мафия, есть политическая мафия; но все они используют каждого из нас. Они могут враждовать друг с другом, но в одном их взгляды совпадают: нельзя позволять человеку любить себя. Они обрезают связь человека с его сущностью, превращая его в беззащитное, слабое существо, как будто сделанное из пластилина; а из пластилина можно лепить что угодно.
Жители этой страны [Соединенных Штатов] убивали ни в чем не повинных, бедных вьетнамцев. Что американцы забыли во Вьетнаме? Потери несли обе стороны. Правительство направляло туда юнцов, еще не познавших вкуса жизни, для того, чтобы убивать и быть убитыми во имя демократии, во имя Америки. Но зачем погибать во имя чего-нибудь? Мусульмане и христиане сражались и убивали друг друга во имя Бога. Обе стороны боролись и убивали во имя одного и того же Бога. Какой странный мир мы создали!
Однако стратегия очень проста: уничтожить естественную любовь человека к самому себе. Тогда в своих глазах он будет настолько унижен, что ради боевой медали будет готов сделать что угодно, чтобы почувствовать себя хоть немного стоящим, почувствовать, что он тоже не пустое место. Посмотри, сколько цветных полос на форме твоих генералов? Что за глупость? Количество полос растет по мере того, как генерал продолжает убивать, губить себя.
Любой может иметь такие же полоски на своей рубашке. Не думаю, что есть закон, запрещающий это, но выглядит это очень глупо. Разве все эти генералы не выглядят глупо? Их уважают, они герои. А что они сделали? Они погубили многих твоих сограждан, они убили многих граждан других стран. И этих убийц награждают. Ты когда-нибудь видел общество, где награждали бы любовников? Нет, любовников нужно осуждать. Ни одно общество не допускает того, чтобы любовников уважали, любовь – это анафема для общества. Следовательно, сильные мира сего хотят прежде всего отвлечь человека от любви к самому себе, и пока это им удавалось.”

***

“Мы всегда находим красивые слова, чтобы спрятать за ними гнусную действительность.”

***

“Основной закон всех революций заключается в следующем: когда свершается революция, все меняется; не становится лучше, а просто меняется.”

***

“Запомни: как только человек начинает прилагать усилия для того, чтобы получить удовольствие от жизни, он потеряет все. Как бы он ни старался стать счастливым, он им не станет. Сама попытка достигнуть счастья абсурдна, ведь счастье здесь, его нельзя достичь. Так устроен мир, просто необходимо принять, осознать это. Счастье здесь, оно повсюду; оно внутри, оно снаружи, оно везде. Это единственная реальность. Посмотри, присмотрись к окружающему миру, к деревьям, птицам, скалам, рекам, звездам, луне, солнцу, людям, животным. Присмотрись: все Сущее соткано из счастья, радости, из блаженства. Это не зависит от желания людей. Помехой на пути к счастью могут быть лишь сами усилия стать счастливым. Расслабься, и счастье наполнит тебя; расслабься, и счастье забурлит в тебе, расслабься, и оно начнет переполнять тебя.”

***

” Деньги – это самая конкурентная область человеческой деятельности. Не обязательно быть богатым духовно, главное – быть богатым материально. Можно ничего не знать о музыке, ничего не знать о поэзии. Можно ничего не знать о древней литературе, истории, религии, философии – нет, знать об этом не обязательно. Уважают того, у кого есть крупный счет в банке. Поэтому я утверждаю, что американский ум – самый мелкий ум в мире. Этот ум все превратил в коммерцию; он постоянно борется с кем-то. Даже если американец покупает Ван Гога или Пикассо, то делает это не из-за любви к художнику, а потому, что соседи купили его. Как можно допустить, что у них в гостиной висит картина Пикассо, а у него нет? Нужно обязательно приобрести. Можно вообще не разбираться в искусстве; можно даже не знать, какой стороной повесить картину… у Пикассо совсем непросто определить, висит ли картина вверх ногами или задом наперед! Можно не знать, действительно ли это Пикассо. Можно даже не замечать ее, но поскольку Пикассо есть у всех и все говорят о нем, то нужно показать и свою культуру. А ведь это просто демонстрация капитала. Все, что стоит денег, считается значительным.
Деньги и соседи кажутся единственными критериями при решении всех вопросов: их автомашины, дома, картины, интерьер. Люди имеют сауны в своих домах не потому, что они так уж заботятся о своих телах, это совсем не обязательно; а потому, что сауна – обязательная составляющая дома, она есть у всех. Без сауны человек выглядит несолидно. Если все покупают дома на холмах, то и ему нужно купить дом там же. Возможно, ему не нравятся холмы, возможно, ему там будет просто скучно. Можно взять с собой телевизор или радиоприемник и слушать ту же передачу, что и у себя дома, или смотреть ту же ТВ программу. Какая разница, где сидеть: на холме или у себя в комнате? Но ведь у других так. Нужен гараж на четыре автомобиля – ведь у других есть. Возможно, четыре машины ему совершенно не нужны…”

***

“Видел ли ты, как, без всякой на то причины, бегает, кричит и танцует ребенок? У него ничего нет. Спроси его: “Почему ты так счастлив?”, – и он не сможет ответить. Он подумает, что ты сошел с ума. Разве нужна причина, чтобы быть счастливым? Ребенок будет шокирован тем, что это “почему” вообще появилось. Он пожмет плечами, убежит по своим делам и снова будет танцевать и петь. У него ничего нет. Он еще не премьер-министр, не президент, не Рокфеллер. Все его богатство – это несколько ракушек или камешков, которые он подобрал на морском берегу. Вот и все.”

“Capitalismul modern are nevoie de oameni care să coopereze fără fricţiuni şi în număr mare; care să vrea să consume tot mai mult şi ale căror gusturi să fie standartizate sau să poată fi uşor influenţate sau prevăzute. Este nevoie de oameni care să se simtă liberi şi independenţi, nesupuşi vreunei autorităţi, vreunui principiu sau vreunei conştiinţe şi care să se lase totuşi comandaţi, care să facă ceea ce li se cere, integrîndu-se în maşinăria socială fără fricţiuni; care să poată fi dirijaţi fără utilizarea forţei, care să poată fi conduşi fără conducător, care să poată fi mînaţi fără să li se ofere vreun ţel anume sau poate cel mult ţelul de a munci bine, de a fi în mişcare, de a funcţiona, de a merge înainte.

Care este rezumatul? Omul modern este înstrăinat de sine însuşi, de semenul său şi de natură. El este transformat într-un obiect de consum, el îşi înţelege forţele vitale ca pe o investiţie ce trebuie să-i aducă profitul maxim posibil în condiţiile date ale pieţii. Relaţiile umane sunt în esenţă cele ale unor roboţi înstrăinaţi, fiecare fundamentîndu-şi siguranţa pe o cît mai mare apropiere de gloată şi pe o cît mai mică deosebire de ceilalţi în gînduri, sentimente sau fapte. Deşi fiecare caută să fie cît mai aproape posibil de ceilalţi, fiecare rămîne absolut singur, invadat de un profund sentiment de nesiguranţă, anxietate şi vinovăţie, sentiment ce apare ori de cîte ori izolarea umană nu poate fi depăşită. Civizilaţia noastră oferă multe paleative care îi ajută pe oameni să nu-şi dea seama conştient de însingurarea lor: în primul rînd, rutină strictă a muncii birocratizate, mecanice, care îi face pe oameni să rămînă inconştienţi de cele mai elementare dorinţe umane ale lor, de năzuinţa spre transcendenţă şi unitate. Întrucît numai rutina muncii nu reuşeşte să realizeze acest lucru, omul îşi depăşeşte disperarea inconştientă prin rutina distracţiei, printr-un consum pasiv de sunete şi imagini oferite de industria distracţiilor; precum şi prin plăcerea de a cumpăra mereu lucruri noi şi de a le schimba cît mai curînd cu altele. Omul modern este, într-adevăr, foarte aproape de tabloul descris de Huxley în cartea sa Brave New World: bine hrănit, bine îmbrăcat, satisfăcut sexual, şi totuşi fără individualtitate proprie, fără vreun contact cu semenul său, cu excepţia celui mai superficialist contact, dictat de lozincele pe care Huxley le-a formulat atît de precis: “Cînd individul se simte bine, comunitatea se bucură.” sau: “Nu lăsa pe mîine distracţia care o poţi avea astăzi.” sau afirmaţia supremă: “Toţi sunt fericiţi în zilele noastre.” Fericirea omului este astăzi “să se distreze”. Să se distreze înseamnă să aibă plăcerea de a consuma, de a “îngurgita” bunuri, imagini, mîncare, băutură, ţigări, oameni, lecturi, cărţi, filme, toate acestea fiind consumate, înghiţite. Lumea este un mare obiect pe pofta inimii noastre, un măr imens, o sticlă imensă, un sîn imens; noi suntem sugarii în veşnică aşteptare, veşnic plini de speranţă şi veşnic dezamăgiţi. Caracterul nostru este programat să schimbe şi să capete, să dea la schimb şi să consume; toate obiectele, atît cele materiale cît şi cele spirituale, debin obiecte de schimb şi consum.

Erich Fromm “Arta de a iubi”, pag.78, 79

“Однозначного и внятного ответа на вопрос о смысле жизни не существует и поныне, хотя многие светлые головы с незапамятных времен всерьез размышляют над этой темой. К чему строить умные машины и космические корабли, решать сложные задачи и уравнения, когда необъяснимо самое простое? Может сначала разберемся с этим, а потом уже перейдем к ядерному синтезу и скорости света? Но, рано или поздно, ученые мужи всё равно возвращались к своему любимому космосу, СПИДу с гриппом или, в лучшем случае, потребительскому спросу, оставляя главный вопрос мироздания висеть в воздухе. Медицинская наука бьется из последних сил, чтобы продлить вашу жизнь как можно дольше, только вот никто не знает, зачем… В результате эта проблема ушла на откуп всевозможным служителям культа, вроде попов и шаманов; а также иным ненаучным фантазерам, типа писателей и поэтов. Ну, последние взялись за вопрос основательно и потрудились на славу, создав тысячи страниц наполнителя для книжных полок.” Виктор Брагин, Поколение 700